Нам пишут

* * *

Помните, молчал в кафе весь зал
И в аплодисменты не сорвался?
Кто-то что-то в тишине сказал,
Нерв над декой на струне дрожал,
Голос в душах эхом отзывался. 

Вроде бы и песня ни о чем:
Возраст, время года, рыжий сеттер...
Ветер, пролетев, задел плечо,
Сердцу стало очень горячо,
Тишину зал только что заметил...

Оборвался нерв и грянул звук,
Эту тишину собой сминая...
Почему же между делом, вдруг,
Когда пусто, холодно вокруг
Эту тишину я вспоминаю?

Просто вспомнилось. Написано после концерта в Почтмейстере. 
Спасибо за ту тишину...

Лана

* * *

Александр! Примите несколько запоздалые, а Сергей -
несколько преждевременные поздравления с Днями Рождения.
С нетерпением ждем концерта "Нам - 86" Звучит?

Сорок три. Скажите, много или мало,
Этих лет, что там остались, за спиной.
Говорят, что в ваши годы генералом
Ненавязчиво становится иной. 
Ну и пусть! Ведь не лампасами мир дорог!
Сорок три дороги, сорок три пути
Позади. А впереди Луны осколок,
И непрожитые годы впереди.
Сколько будет еще песен и открытий,
Перевалов, городов, портов, чудес. 
Сколько будет замечательных событий?
Сотня? Двести? Миллион? Ведь вас ждут лес,
Непроторенной лыжней зовущий в горы,
И корабль, чтоб уйти в привычный путь
На Авачу. И с друзьями разговоры,
От которых до рассвета не уснуть.
И простой уют заштатного вокзала,
И туристский рок-н-рольчик у костра.
И поддержка, что опять не запоздала.
Ждет и память, что как лезвие остра.
Так зачем же вам погоны генералов?
На плечах - иных событий важный груз.
Пусть у вас побольше будет добрых залов.
Пусть сто лет не распадется ваш союз!

Лана

* * *

Может быть, мой рассказ не в тему, ибо в турпоходах бывала мало. Однако авторская песня давно стала моей отдушиной. В те годы я со щенячьей гордостью причисляла себя к знатокам авторской песни. Так вот, о знатоке...

В 1991 году почти случайно попала на Грушинку. Уже на вокзале в Самаре изо всех магнитофонов слышались киреевские "Севера". Чем дальше, тем больше. Взгромоздясь на спинку лавки в вагоне электрички и чувствуя себя счастливой оттого, что всю дорогу проеду сидя, а не стоя, как некоторые несчастные, прислушивалась к разговорам вокруг. Имена всплывали разные: Ланцберг, Киреев, Гейнц-Данилов: О последнем имени подумала: "Повезло человеку - двойная фамилия, и так замечательно звучит!"

Прибыв на место, мы встали лагерем недалеко от Кольского бугорка. Люди там были разные, но разговоры о путешествиях, песнях, авторах. И опять знакомое сочетание: Гейнц-Данилов. И тут по моему зазнайству был нанесен чувствительный удар. Около одного из костерков, где сидели несколько человек, кажется, из Мурманска, я решила поинтересоваться, где мне достать записи песен автора с такой "интересной" фамилией. Люди притихли и посмотрели на меня как -то странно. После того, как я повторила свой вопрос, в ответ услышала сквозь приступы смеха о том, что это дуэт. Однако юности можно многое простить. После, "зализав" свое больное самолюбие настолько, что уже сама над собой смеялась, я услышала ваши песни, а, приехав домой, получила и кассету с концертом. Сквозь шумы зала звучало нечто не похожее на то, что я когда-либо раньше слышала. Мой "позор" стал моей большой удачей.

Наташа

* * *

Это я беспокоила Вас из Терскола... Что Вы натворили?! Представьте себе, вдохновленная Вашими песнями, я в 16 лет отправилась...страшно сказать...в лыжную двойку по Горной Шории. "Мне так хотелось все успеть! На сто вершин подняться..." - 25. В дырочку, куда должна была выходить труба от печки в палатке "зима", всю ночь "струился хрупкий снег"... Потом пару дней "метель кружила как юла", "рваными клочьями низкая облачность, видимость ниже нуля" была. "Не знаю, как могло случиться", но мы заблудились..."Нам не найти тропы и звезд не слышен свет"...И вспомнилось вдруг почему-то: "Нам не вернуться. Просто сил мало..." "Ее Величество Гора" совершенно равнодушна была к судьбе своих юных "некоронованных принцев". Потом была ночевка в снежной пещере (палатку порвало ветром и унесло прочь), ангина, водка с перцем и чесноком и прочие неромантичные процедуры... "А где-то далеко за каменной грядой", возможно, и был наш вожделенный перевал, но отыскать его в снежном буране совершенно не было никакой возможности. Но все закончилось хорошо. На следующее утро мы стали возвращаться обратно по своим следам. А тут и погода стала налаживаться. "Просыпались звезды в небе, отражаясь в лунном снеге", "ветви, сбросив шапки снега, рвались ввысь к вершинам красоты", "склоны тонули в розовой дымке горизонта...". И в плацкатном купе поезда наш любимый руководитель, выдержавший с честью все испытания и не потерявший ни одного "некоронованного принца", снова запел: "Люди и города издавна не в ладах..."
Вот только я решила, что подобное испытание мне больше не перенести.
Это был последний лыжный поход. Но... в с появлением первых снежинок в октябре в нашем северном городе (Сургуте), я почувствовала всем сердцем, как "зимний лес зовет: вернись!" И я вернулась. Но не на "бескедах", а уже на горных лыжах. "Вершины мне опять ночами снятся"... А утром я просыпаюсь, пристегиваю лыжи к рюкзаку, и поднимаюсь туда, где "воздух весенний дышит весельем, гонит тоску и грусть", "вполнеба гладь" и нет ни одного лыжного следа, а мой будет первым... "Ну не по мне тихого берега братство"! Не могу я найти себе места на укатанной трассе рядом с сотнями туристов-лыжников! Так я спустилась на горных лыжах с западной вершины г. Эльбрус, с большим удовольствием объезжая то слева, то справа спускавшихся альпинистов, которые очень напоминали измученных осликов...
Прошло 9 лет. Многие мои друзья давно живут, как все люди. А я живу так, потому что не могу по-другому, и часто думаю:
Как сохранить мечту, не поломав судьбы?
А может жизнь проходит зря?
А может все напрасно?
Как сохранить мне в пути искренность?
Истина, как мне доплыть до твоей пристани?
Увы, все уходит с годами на поиски смысла...

А еще я неплохо знакома с авторской песней, интерес к которой появился благодаря вам. Мне нравятся песни разных авторов, но не все. И только ваши песни я могу слушать, не пропуская ни одной, вслушиваясь в каждую строчку, и каждый следующий раз нравится мне не меньше, чем предыдущий. Вот только со временем приоритеты меняются. Сейчас мне больше нравятся те песни, к которым раньше я относилась гораздо спокойнее.

Столько хорошего хочется Вам сказать!!! А сколько хочется всего узнать!!!

Вы ходите в горы? Или Вам уже надоело? Вы сходили на семитысячник? Вы катаетесь на горных лыжах? В Терсколе бываете? Может, когда-нибудь вместе покатаемся?

Удачи Вам и Сергею во всех ваших добрых делах!

Вероника

* * *

Когда мне было 12 лет, на даче, один парень спел песню "Голубой ледопад". Причём в исполнение глубоко были вложены душевные силы и моё детское восприятие бытия отреагировало большой любовью и привязанностью к этой песне. Человек, певший песню, посмотрел на меня взглядом полным мудрости и назидания и произнёс сокровенную для меня тогда фразу: "Запомни! Это песня Александра Гейнца!" И в моём воображении возник образ шикарного памятника с огромным гранитным постаментом и высеченным изображением старца с длинными седыми волосами, бородой и усами. Впрочем я допускал тогда мысль, что человек написавший ТАКУЮ песню ещё жив на свете, но эта мысль мне импонировала меньше.

После описанных выше событий я взял в руки гитару и начал учиться играть. Ещё через два года мне пришла в голову идея заняться спортивным туризмом. Я пришёл во Дворец пионеров на Невском и обратился в соответствующую секцию. Какой-то главный дядька, узнав что я живу на севере города сказал: "А давайте его направим к Гейнцу на базу в Озерки". Меня как током передёрнуло при упоминании этой фамилии. Мне дали телефон Александра Геннадиевича, и тогда моя теория с памятником лопнула, как мыльный пузырь. Попереживал я немного по поводу утраты такого красивого образа и нарисовал себе новый образ дедка-живчика с гитарой на плече, который ходит по лесу и палочкой указывает детям, что надо делать. Даже обидно немного стало, что с таким старичком ни в какой приличный поход не сходить.

Вечером того дня я позвонил Гейнцу и он мне назначил встречу на базе в Озерках. Во время разговора по телефону я заметил, что голос у Александра Геннадиевича немного не тянет на старческий, но попытался успокоить себя мыслью, что бывают старички с молодым голосом. Никак мне не хотелось расставаться со своим образом. И когда, сидя на скамеечке во дворе базы, я увидел, что ко мне приближается быстрой подпрыгивающей походкой молодой человек лет эдак до тридцати с сигареткой в зубах и рюкзачком за спиной, у меня что-то ёкнуло внутри. А когда он подошёл и объявил, что он и есть Александр Гейнц, я был полностью разбит. Смирялся я с открывшимся положением вещей несколько недель, а потом потекли два с лишним года жизни под крылом великого человека, которому я когда-нибудь готов поставить памятник с огромным гранитным постаментом и высеченным изображением, потому что это были лучшие годы моего довзрослого периода жизни.

Вот такая история. В моей памяти есть ещё много историй связанных с Гейнцом, но это уже не про песни, а для мемуаров "Истории нашей жизни".

Чернышов Дмитрий.

* * *

Помню, в конце 80-х, начале 90-х годов прошлого века мы с друзьями чуть не каждые выходные выезжали на Вуоксу, на Малые скалы. Это километров 150 на север от Санкт-Петербурга, тогда еще Ленинграда, за Приозерском. И, естественно, у костра пели разные хорошие песни. Среди них очень большой популярностью пользовалась песня Александра Гейнца и Сергея Данилова "Плацкартное купе", да и другие песни этих авторов тоже пели.

И в то же время большую популярность набирали в нашем кругу московские авторы Алексей Иващенко и Георгий Васильев. И, вот, одна девочка у костра достает из рюкзака консервную банку "Сельдь иваси", и говорит: "Под песни Иващенко и Васильева данный деликатес очень хорошо идет!" Сперва не все поняли в чем дело, но тут же и разъяснение прозвучало, что вся шутка в переплетении первых букв фамилий москвичей и этой самой селедки - Иваси.

Вот в этот момент кто-то и спросил: "А почему у других дуэтов нет таких же прикольных названий?" "Почему же нет? - спросил я, и, подтащив свой рюкзак, достал оттуда кусок припасенного по тем голодным временам лакомства, Адыгейского сыра. - А. Гейнца и Данилова можно теперь звать Адыгейцами".

Этот шуточный экспромт, надо сказать, прижился и впоследствии я не раз сталкивался с этим коротким названием нашего питерского дуэта в разговорах даже с ребятами из других городов. Кстати, попытка присвоить дуэтам смешные названия в тот момент имела продолжение. Той же ночью было придумано еще одно название другому питерскому дуэту, к сожалению впоследствии распавшемуся, Вячеславу Ковалеву и Дмитрию Луневу. Название было прямолинейным и нетворческим - Колуны (Ковалев-Лунев). Но, как ни странно, и оно имело хождение в некоторых бардовских кругах.

А перед Сергеем и Сашей я впервые посыпаю голову пеплом и каюсь. Ведь до этого я ни разу им не признавался, что название Адыгейцы много лет назад соскочило с моего языка. А может оно им и понравилось?

Александр Дядин.

* * *

Ну кто еще нам так споет про горы,
Где важны риск, везенье и расчет,
Про неоконченные кем-то споры
Там, далеко, где был затерян порт,
Друзей, любимых, прелести плацкарта,
Невзятый перевал и майский снег,
И малыша, что ждет начала старта,
Где будут и паденья, и успех.
И вдруг захочется на все рукой махнуть,
Встревожив сон продрогшего газона,
Забыв о сводках отправляться в путь
По окончании туристского сезона,
Уйти от бесконечной суеты, 
Постигнуть истину величья океана,
И погрузившись в детские мечты,
Следить за утками шестого каравана.
И вновь не встретив на афишах вас в Москве
Воскликнуть, простирая к небу руки:
Эх, мужики, ну где ж вы, черти, где?
Прибудьте к нам, избавьте нас от муки
Жить в ожиданье страшного суда,
Встречать приход весны лишь по газетам
И кутаться зимою в холода,
Отогревая душу только летом.
Ведь мы концертов ваших ждем всегда,
И нам уже ночами даже снится,
Что, посетив другие города,
Вы к нам загляните из северной столицы.

С уважением,
Светлана Пулинец
г.Москва

Best regards!
s-pulinets@mail.ru
http://zhurnal.lib.ru/p/pulinec_s_w/

* * *

Жизнь размеренно и мирно,
Незатейливо текла.
Мне хватало и квартиры,
И друзей моих тепла...
Только с песнею внезапно
Проскользнул один сюжет:
"От тебя на юго-запад..." -
Юго-запад, где Вас нет!
Где Вас нет... Да что мне нужно?
Где спокойные года?
Был бы завтрак, был бы ужин
Да горячая вода...
До любви - от равнодушья
Захотелось мне постичь
Ваши песни, ваши души,
Океаном вашим плыть.
Ваши ноты, ваши строчки,
Неоконченный роман...
Вместо точки - многоточье
Я придумала сама.
И весенний нежный запах,
И осенний карнавал...
"От тебя - на юго-запад",
Где меня никто не знал.
Не ждал... не звал...

Лена
г.Тамбов

* * *